Охрана, воспроизведение и охота на птиц и животных нашей природы




Охрана, воспроизведение и охота на птиц и животных нашей природы

Рассказ «Садко» (5)

Кряквы держатся во рву лишь весной, пока их гнездовья в соседнем «Золотом болоте» еще не оттаяли. А в августе здесь бывают только чирки, правда, иногда целыми выводками. Местами вдоль рва - охотничьи тропы. Я люблюходить здесь, поглядывая сквозь ольшняк на темную воду с плавающими листьями: желтыми — березовыми, красными — осиновыми и буро-зелеными - ольховыми. Кое-где ряска сплошь затягивает поверхность воды... И очень радостно видеть, что ее ярко-зеленая пелена там и сям изрезана слегка извилистыми линиями, — это плавали утки.

Садко знает что к чему! И вон уже лезет в ивняк, засевший вдоль воды, вон переплыл на другую сторону: и здесь его не оставляет стремление обыскивать местность «челноком».

Стрельба в этой непролази и без того трудна, а тут еще попробуй угонись за этакой старательной собачкой!

Только и слышно впереди всполошное кряканье чирушек; иногда уловишь слухом легкий шум быстрого взлета...

«Ну что это за охота? — скажут мне. — Какая тут может быть добыча?» А я думаю: «Бог с ней, с добычливостью! Зато полюбуюсь укромными и уютными пристанищами юрких чирят».

Да, иногда случается, что из-под Садковой угонки уточка полетит вдоль рва назад в мою сторону... Вон мелькнула за ольховыми вершинами... Выстрел! Кажется, упала? Да, прошуршала под падающей птицей листва ольх на другом берегу...

Как ни увлечен Садко своим занятием, а на выстрел примчался. Прыгает возле меня, как бы спрашивая: «В чем дело?».

Невдалеке ров пересекает горку. Здесь можно перебраться на ту сторону посуху.

— Ну, Садко, ищи! — И, чтобы он знал, что дело серьезное, добавляю: — Подай!

Садко исчезает в чаще олешняка с густыми зарослями малины, крапивы, мелкого ельничка... Я останавливаюсь. Утка должна была упасть где-то поблизости. А Садко нет. Жду его, зову...

Тон моих приказаний становится все строже, и, наконец, из гущи малинника вылезает Садко — невеселый, смущенный.

— Где же чирок, Садко? Давай! — И Садко опять уходит в чащу, исчезает. Я за ним... Раздвигаю еловый подрост, засевший над рвом, и вижу: спаниель лежит на краю, свесив со свайного обрыва передние лапы и голову. Он безотрывно глядит вниз, а там на воде плавает вверх брюшком убитый чирок. Нашел-таки его пес!

Садко, конечно, понимает, что ничего тут не поделаешь: сваи высотой около трех метров стоят отвесно. Слезть к утке немыслимо.

В шутку я бросаю ему упрек:

— Эх ты! Ну куда ты годишься! Нашел,а подавать, так вместо тебя дядю нанимай! и приказываю: — Подай!

Никак не мог я думать, что решится!

Команда вызвала условный рефлекс, какспущенный курок — выстрел. Во рву только булькнуло — это Садко кинулся, окунулся в воду с головой и вынырнул. Он взял чирка в зубы, а дальше... Он мог лишь плавать вдоль свай, не находя никакого способа выбраться ко мне...

К счастью, в верхней части обрыва между сваями успела вырасти березка в руку толщиной. Ухватившись за нее и кое-как придерживаясь ногами на углублениях, выгнивших в сваях я дотянулся до Садко, взял у него чирка и, сунув добычу за пазуху, вытащил своего четвероногого друга за ошейник.

Вот как здравый смысл собаки был переломлен условно-рефлекторным ответом на привычный приказ.

И все-таки не условный рефлекс главное в собачьей психологии!

В последние годы своей жизни творец учении об условных рефлексах И. П. Павлов настоятельно указывал: «А когда обезьяна строит свою вышку чтобы достать плод, то это «условным рефлексом» назвать нельзя. Это есть случай образования знаний, улавливания нормальной связи вещей.Это — другой случай».

Василий Казанский

Охрана, охота, воспроизведение животных
При перепечати инфо с sk.kg гиперссылка на источник обязательна. Яндекс.Метрика