Охрана, воспроизведение и охота на птиц и животных нашей природы




Охрана, воспроизведение и охота на птиц и животных нашей природы

Рассказ «Поединок с дикой уткой» (2)

И тут-то благодаря моему многолетнему «птичьему» опыту у меня возникла новая идея. Переднюю часть палатки я прикрыл сплетенным из ивовых веток щитком. Теперь она выглядела совсем как засада охотника для стрельбы по фазанам.

Дикая утка была поражена, смутилась, потеряла самообладание и терпела приближение палатки. Я уже надеялся, что дело мною выиграно, и, на свое несчастье, стал вести себя слишком самоуверенно, как это бывает сфутбольными командами, заранее уверенными в успехе.

Дело в том, что утка терпела мои махинации только до тех пор, пока я не приблизился на расстояние десяти метров. А тогда она покинула гнездо на целые сутки.

Яйца уже начали темнеть. Я разыскал свой овоскоп. В глубине леса заплясало желтое пятно светового конуса, и аппарат показал, что под белой скорлупой уже действительно развиваются эмбрионы утят. Достаточно было сильной росы, чтобы из этих яиц никогда не вылупились утята, а у меня не получился цветной фильм о дикой утке.

Положение было тяжелое. С расстояния десяти метров фотографируют только дилетанты, а утка не соглашалась даже и на такое расстояние.

По нескольку часов в день проводил я за покрытыми мхом стволами деревьев и, следя за уткой в бинокль, ломал себе голову.

И вот однажды во второй половине дня утка внезапно появилась среди мшистых пней. Начали кричать ушастые совы, и я собирался уходить, как вдруг вижу: моя утка поднимается, осторожно обходит свое гнездо, рвет траву и с необычайной заботливостью прикрывает ею яйца так, что на их месте теперь виднеется только зеленое пятно. Потом, шумя крыльями, она улетает к Тиссе, чтобы пощипать ряски и полакомиться гольцами.

Я не зевал и перенес свою палатку на несколько метров ближе. С той поры в сумерках часто можно было видеть движущиеся по залитой луной полянке тени людей. Как только наступала темнота и утка улетала, мы подтягивали качающуюся палатку все ближе и ближе, а вокруг нас кружился хоровод летучих мышей. Так удалось приблизить палатку до четырех метров, но тут утка обратила на неевнимание и начался решающий этап поединка.

На несколько дней нужно было оставить в покое участок леса, где жила утка, но затем лампа овоскопа снова стала часто зажигаться. Нельзя было терять времени: утка все усерднее высиживала яйца. По ночам мы все ближе и ближе приближались к ней.

Мы продвигались каждый раз на несколько сантиметров. Это были захватывающие, полные напряженного ожидания дни. По утрам наша обувь промокала от росы.

Когда, наконец, палатка очутилась в полутора метрах от гнезда, я решил, что уже вышел из борьбы победителем, а все остальное — чистаяформальность, имеющая лишь символическое значение. Надо только забраться в палатку, расстегнуть ее застежку-«молнию», выставить в отверстие объектив — и я уже имею чудеснейшие снимки сидящей на яйцах дикой утки.

Иштван Хомоки-Надь

Охрана, охота, воспроизведение животных
При перепечати инфо с sk.kg гиперссылка на источник обязательна. Яндекс.Метрика