Охрана, воспроизведение и охота на птиц и животных нашей природы




Охрана, воспроизведение и охота на птиц и животных нашей природы

Рассказ «Доброе имя охотника» (3)

Припомним, что во все времена в охотничьей литературе, да и в народных преданиях, прославлялись ловкость и удаль охотника, его меткость и отвага, а не горы добытой им дичи. Эти качества в охотнике не утратили своей привлекательности и ныне. Пусть ушли в прошлое единоборство с медведем и схватки со стаями голодных волков, современному охотнику необходимы и сейчас незаурядные качества, потребны ему и мужество, когда приходится становиться на защиту охотничьих законов, и большая выдержка в обстоятельствах, искушающих его желание переступить стеснительные ограничения, и крепкое товарищество, и действенное сочувствие всему живому.

Когда доводится узнать о спасении в паводок лосенка или о том, как выходили подбитую утку, я не удивляюсь, что это сделали в первую очередь охотники: кому, как не им, быть друзьями природы, стремиться, где можно, ей подсобить, прийти на помощь попавшему в беду дикому животному! Не говоря о том, что в благополучии живой природы залог изобилия охотничьих угодий.

Во времена Аксакова и Тургенева охотники могли об этом не думать и весело предаваться удачливой стрельбе, однако мы теперь не можем допустить, чтобы любительская охота была добычливым делом. Тут оселок, на котором испытывается характер и нравственное лицо охотника: в том, чтобы не стремиться положить в сетку третьего тетерева, если разрешено добыть их в зорю два, — доблесть и честь современного охотника. Такое самоограничение выглядит в глазах некоторой части охотников стеснительным, умаляющим приманчивость полевых досугов. Сколько ожиданий, хлопот, трудностей, наконец, расходов — и всего-то достанется несколько птиц за сезон... Не обидеться ли на охоту? Разве только на век?.. Я не знаю, как бы отнесся мой отец, в незапамятные ныне времена — в 90-е годы прошлого столетия — настреливавший за одно поле по сорок дупелей, тешившийся безоглядно меткой стрельбой по непереводимой дичи, как бы принял он предложение ограничиться тремя птицами. Но однонесомненно: навсегда и безвозвратно ушли прежние условия охоты, а с ними и старая охотничья психология. Современный охотник держит круглый год собаку, предпринимает зачастую дальнюю поездку и тратит отпуск для охоты, исключающей тяжело набитые ягдташи. Кому мало зорь в лесу, росистой травы под ногами, утренней свежести, знакомого хорканья над притихшим весенним мелколесьем, заливчатого лая гончих за перелеском или горячей работы легаша, зачуявшего выводок, всех волнений, воли и неповторимости ощущений в поле при самой ограниченной возможности стрелять и очень скромных трофеях, — тому сейчас лучше не охотиться!

Но если нет прежнего обилия дичи в охотничьих угодьях, не померкли, мне кажется, охотничья поэзия и красота. «Утешность» охоты, о которой писал в своем «Уряднике сокольничьего пути» царь Алексей Михайлович, осталась при ней, как и в XVII веке. «И зело потеха сия полевая утешает сердца печальныя и забавляет веселием радостным»— что ж, эти слова из вступления «Урядника» отвечают чувствам охотника во все времена. И так же как страстный соколиный охотник Алексей Михайлович находил удивительные слова, чтобы передать своё упоение красотой полета кречетов и соколов, — «красносмотрительно же и радостно высокова сокола лет», так и современный ружейный охотник с восторгом следит за поиском своей собаки, мелькающей ярким пятном на зелени мокрого луга, завороженно любуетсятокующими тетеревами, и душа его полнится яркими картинами русской природы, увиденными изнутри, глазами человека, ставшего сопричастным ее жизни.

Для настоящей охоты оскорбительно все, что нарушает ее гармоничный ход; в природе. Вот почему мне кажутся предосудительными и недопустимыми случаи превращения охот, особенно коллективных, в неприглядные гулянки с громом бестолковых выстрелов, состязаниями по опорожненным бутылкам, а зачастую и более отталкивающими поступками. По ним судят о современном охотнике очевидцы таких» охот. Дурная слава, как известно, по дорожке бежит. Да и кто поверит, чтобы распоясавшиеся, шумливые люди стали соблюдать нормы отстрела, разбираться, в кого стрелять. Такие разгулы вредны доброй репутации охотников не меньше, чем подвиги браконьеров или нарушения положений об охоте лицами, призванными показывать пример. Отчасти прав сторонний наблюдатель, когда не делает различия между подгулявшим охотником, которому всякие там запреты «до лампочки», и матерым браконьером, напористо и коварно разоряющим природу...

Охота — благородное дело и требует рыцарского служения. Идти в лес и на болото надо просветленному, с живым сочувствием к той красоте и тем радостям, которые нас там ожидают. И ступить в этот дивный мир природы надо с душой, открытой ее благотворному воздействию.

Олег Волков

Охрана, охота, воспроизведение животных
При перепечати инфо с sk.kg гиперссылка на источник обязательна. Яндекс.Метрика