Охрана, воспроизведение и охота на птиц и животных нашей природы




Охрана, воспроизведение и охота на птиц и животных нашей природы

«Повесть о собаке» (отрывки из повести) (7)

Соседями оказались профессор из Кракова и один известный стрелок-стендовик, оба старые охотники, считавшие меня желторотиком. Они решили позабавиться над коллегой, не давая мне стрелять и, действительно, стреляли по очереди во всех фазанов, летящих на меня, и, надо признаться, очень метко. Этих фазанов они видели раньше меня, и заходящее солнце не светило им прямо в глаза. Петухи падали от меня в пятидесяти шагах. У Цапа была нервная дрожь, потому что я не разрешил ему приносить эту добычу, а я охотней всего бахнул бы из обоих стволов по своим мучителям.

Голоса загонщиков приближались, пан Станислав шел в центре и покрикивал на мальчишек, выравнивая их линию. Вокруг гремели выстрелы, а я насчитал шесть (а может, и больше) фазанов, которые профессор и его друг стянули у меня из-под носа вопреки всем охотничьим правилам. Вдобавок ко всему я позорно промазал по зайцу, заметив его слишком поздно, так как все время смотрел вверх.

И тогда пан Станислав, ничего не зная о заговоре, закричал, что вон там, низко, прямо над вершинами деревьев, летит петух.

— Он летит прямо на вас, капитан! Смотрите!

Я заметил его на фоне солнца. Мои соперники не могли стрелять — он летел, скрытый от них ветками, чересчур низко. Прямо передо мной он сделал высокую «свечку», и я сбил его шикарным «королевским» выстрелом так, что он упал прямо у ног. Взглянув на него, я похолодел — это была курица! С необычайно длинным хвостом, но — курица...

Я даже не пытался оправдаться, ибо в таких случаях оправдание только ухудшает дело. Я сказал: «Мне очень жаль, пан Станислав, но тот петух, о котором вы мне кричали, — это курица. Я ее подстрелил...».

Пан Станислав пробормотал: «Вот не везет...» — и еще что-то, что, мол, может с каждым случиться. Тем не менее, на сто восемнадцать фазанов, павших в тот день, это была единственная курица.

В течение последующих пяти лет я часто бывал на групповых охотах у пана Станислава в качестве постоянного гостя. Старший лесничий, который готовил эти охоты и определял очередность гонов и номера охотников, никак не мог запомнить мою фамилию и воинское звание. Тем не менее, уточняя план расстановки номеров, он говорил:

— Того пана, что три года назад подстрелил курицу, поставим на перешейке. Там — верный лаз!

Так я и остался навсегда «тем, кто подстрелил курицу».

Новый пес

После войны я поселился в Закопане. С охотничьей точки зрения это был чрезвычайно легкомысленный шаг — вся мелкая дичь в близлежащих лесах давным-давно была уничтожена. Но я этого не знал, да сначала и не помышлял об охоте. И лишь со временем, когда окончил ремонт дома, заложил сад, урегулировал писательские дела, во мне вновь проснулась охотничья жилка.

Януш Мейсснер

Охрана, охота, воспроизведение животных
При перепечати инфо с sk.kg гиперссылка на источник обязательна. Яндекс.Метрика