Охрана, воспроизведение и охота на птиц и животных нашей природы




Охрана, воспроизведение и охота на птиц и животных нашей природы

Рассказ «Чермальское пепелище» (12)

«Ходишь, Витя? Ну и ходи, гоняться за тобой больше не буду. Завтра же пойду на кордон, вернее всего, что ты теперь там, — мысленно сказал себе. — А может быть, Петя идет сообщить мне об этом, тогда сегодня вечером надо его ждать».

Не знаю, откуда нисходит такое прозрение, но это — сущая правда: вечером я сидел, ждал Петю и ничуть даже не удивился, услышав уже в темноте его медленные шаги и узнав, что Виктор, действительно, вышел на кордон вчера ночью. Петя сразу же устремился в путь, сделав марш-бросок, чтобы известить меня об этом.

Повлияла ли та кружка какао, устал ли он от голода и походов или просто нашло какое-то затмение, но Виктор в тот морозный вечер, когда я его так ждал, перешел речку, не заметив этого. Он не знал, что идет уже по другой стороне Чермала и начал блуждать. К тому же оказалось, что у него, курильщика, не было при себе даже спичек! И всю ту морозную лунную ночь Виктор шел, не отдыхая, по захламленной сгоревшей тайге, где и днем-то, кажется, не проберешься. Им овладело то особое состояние, когда человек совершает невозможное в обычных условиях. За одну ночь он махнул от Чермала до реки Хосо — это более двадцати километров по прямой! Благо лунная ночь была до удивления светлой.

— Лезу по завалам, — рассказывал потом Виктор, — гляжу, вроде бы сохатый стоит между двух валежин. И никак не обойти. Я зашумел, чтобы его спугнуть, а он повернул башку-то да как рыкнет — куда, дескать, прешь, не видишь медведя, что ли? Шагов десять до него оставалось, пришлось назад пятиться да обходить стороной...

На Хосо он встретил охотников, немного отдохнул. Путь от устья Хосо до кордона занимает два-три дня, он же пробежал его за сутки и больше всего потом благодарил меня за то, что я не поднял тревогу, не начал поиски. Как тут будешь на него сердиться?

Пришлось пустить в ход неприкосновенный запас, съесть последнюю банку тушенки, а наутро мы с Петей, собрав все вещи, вышли в обратный путь. На кордоне отвели душу, угостились икрой столовыми ложками, по-амурски, вернее, как в старину угощались... Рядом с кордоном пировали у реки медведи, где-то близко трещали ветками кабаны, но нам было не до них. Все прежние планы развеялись, однако горестные наши походы были все-таки не напрасными.

Выяснилось, что расширять заповедный участок на Чермале не имеет смысла. Виктор после этого окончательно пришел к убеждению перенести основную территорию Комсомольского заповедника в бассейн реки Горин.

Прошло с тех пор больше десяти лет. Затягиваются травяными и кустарниковыми зарослями чермальские пепелища, леспромхозы постепенно подбирают опаленную, но несгоревшую древесину, а пуще того рубят уцелевшие леса Приамурья. Комсомольский заповедник, как и было тогда решено, получил новую территорию в низовьях реки Горин, причем почти вдвое больше прежней.

На Гуре теперь хозяйничают в основном браконьеры из Амурска, хотя уникальная природа тех мест по-прежнему нуждается в строгой охране. Виктор Иванович Голубков — и теперь директор заповедника. Петя Баранов — Петр Владимирович — недавно стал заместителем директора по научной работе в Сохондинском заповеднике Читинской области. Изредка встречаясь с ним в Москве, я вспоминаю трагическую чермальскую осень, опаленную тайгу, сгоревшие остовы зимовий на берегу реки...

С тех пор не могу спокойно смотреть, когда балуются с огнем, выжигают сухую траву, жгут зазря огромные костры в лесу.

Ребята, это страшное дело, это смерть, а не забава! Что же мы творим сами над собою, подумать и то жутко...

Автор Феликс Штильмарк


Охрана, охота, воспроизведение животных
При перепечати инфо с sk.kg гиперссылка на источник обязательна. Яндекс.Метрика