Охрана, воспроизведение и охота на птиц и животных нашей природы




Охрана, воспроизведение и охота на птиц и животных нашей природы

Рассказ «Чермальское пепелище» (11)

Решил идти вверх по Чермалу до базы, проверить, не ушел ли туда Виктор и заодно взять продуктов. Собаки со мной пошли, ревнивица Ветка огрызается на младшую по возрасту Тайгу, та покорно ложится, поднимает вверх лапы. Повезло на этот раз — попался уцелевший от пожаров рябчик, потом Ветка облаяла белку, а на склоне горелой сопки я сбил дальним выстрелом ястреба-тетеревятника. Он упал на крутяке в какую-то расщелину, Ветка кое-как туда залезла и тут же скатилась вниз с дикими воплями — ястреб вцепился своими когтищами ей в морду, хорошо хоть глаза целы остались.

Тяжело даются на голодное брюхо таежные километры! Пошел руслом Чермала и угодил в промоину, лед еще не окреп, опять задержка! Пришлось сушиться. Даже собаки выдохлись и часто ложились на лед отдыхать.

— Ничего, собаки, — говорю я. — Сейчаспридем, в мешках наших есть и пшено и овсянка, даже лапши с маслом сварим — посуды там много, дрова остались от прошлой ночевки, Виктор рубил с запасом.

И опять мысль, как стрелка компаса, возвращается к одному и тому же. Неужели... Как объяснить тогда случившееся, как рассказать про эту кружку какао?

Тем временем открывается знакомая картина погибшего лагеря, уже видна на берегу начисто сгоревшая баня, полуразрушенный лабаз. Вот и вертолетная площадка, свежие следы от колес, вот и люди ходили... Где же наши мешки? В моем только продукты, а у Виктора так и обувь, и зимняя одежда. Договаривались точно, чтобы здесь оставили, вертолет был вчера, не приснилось же мне! Нету мешков и все тут, а на нет и суда нет. Позднее работники охотпромхоза объяснили, что не оставили мешки, полагая, что мы ушли из этих гарей к верховьям Чермала, куда летел вертолет.

Одуревшие от голода собаки рыскали по лагерю, устроили драку из-за какой-то косточки. Я разогрел на костре остатки горелого овса, они съели до капельки, хотя в прошлый раз от такой пищи отказались. Попил пустого чаю, мысленно «поблагодарил» тех, кто сюда прилетал, и поплелся обратно.

Под вечер собаки на речке опять затеяли грызню из-за рыбьего плавника. Подошел, смотрю — Ветка грызет лед Тайгу отгоняет. Достал топорик, наверное, полчаса выдалбливал кетину. Тухловатая, но собакам годится, сунул ее в рюкзак, где лежал рябчик, белка и ястреб.

Возвращался уже в полной темноте и напрасно ждал, не блеснет ли огонек в окошке зимовья. Страшно было подходить к пустой избушке, страшно и тоскливо. Не хотелось ни есть, ни пить, ни топить печку, все стало безразличным. Но подошла собака, ткнулась в руку холодным носом, посмотрела в глаза. Куда денешься, надо жить дальше!

Потеплело, по радио обещали снег, но к утру он не выпал. Весь следующий день я распутывал следы на ближней сопке, зачеркивал палкой проверенные варианты и только к вечеру все же вытропил основной след Виктора. Шел по нему вдоль сопки вниз по Чермалу и за каждым завалом ожидал увидеть самое страшное. Но километр за километром след уводил меня прочь от зимовья и постепенно страх мой начал проходить. Когда же след пересек Чермал и углубился в тайгу, у меня отлегло от сердца. Какое-то седьмое чувство подсказало, что Виктор жив.

Автор Феликс Штильмарк


Охрана, охота, воспроизведение животных
При перепечати инфо с sk.kg гиперссылка на источник обязательна. Яндекс.Метрика