Охрана, воспроизведение и охота на птиц и животных нашей природы




Охрана, воспроизведение и охота на птиц и животных нашей природы

Рассказ «Потомок варваров» (7)

Болото постепенно сырело, появилась осочная трава. Зимник, по которому теперь шел Горюн, в этом ненадежном месте когда-то предусмотрительно застелили поперек бревнами. Под тяжестью настил начал зыбко оживать. Может, тысячи лет назад жило здесь озеро, гнили растения, торф заполнил чашу, сохранился лишь неширокий рукав с водой, затянутой плавуном. Шел осторожно, опасался оступиться на одряхлевших, покрытых слизью бревнах, их теперь маскировал коричневатый кисель. Ружье с плеча снял и держал в руке. Заметил торчавшую впереди вешку. Перестал смотреть под ноги, и вдруг сапог пошел вниз. Горюн дернулся назад. Как нарочно, заскользил правый сапог. Замахал руками, пытаясь устоять.

Руку с ружьем успел поднять. Сгоряча рванулся, стараясь нащупать настил, но ловил лишь вязкую грязь, обильно запузырившуюся зловонным болотным газом. Да грязь и газ — мелочь! Он чувствовал, что трясина обхватила ноги и не намеревалась выпускать. Нужно было валиться с настила так, словно Горюн намеревался плыть — плашмя, тогда удалось бы выкарабкаться. Когда опомнился, торчал в болоте по грудь. Раскинул руки в стороны. Сердце так колотилось, что гул отзывалсяв висках. Пытался понять: бревна в этом месте разошлись или не заметил, как оказался у края? Даже промелькнула шальная мысль: одноногий умышленно разобрал часть гати. Ясно одно: в скверную историю Горюн попал, хуже придумать трудно. На помощь надеяться не приходилось: кругом болота и тайга, орать бес толку, слишком далеко до озера. Можно изловчиться и выстрелить в воздух, так наверняка ребята решат, что Горюн продолжает охотиться. Нужно стрелять подряд с интервалами, чтобы заподозрили — случилась беда, а подряд не удастся, потому что патроны в патронташе на поясе, не достать. Что же делать? Что?!

Горюн попытался опираться на ружье, но оно погружалось в жижу вместе с рукой. До крайнего бревна настила он дотягивался, а ухватиться не удавалось — пальцы соскальзывали. Закричал потерянным голосом, выдавая отчаяние. Забился снова, не примиряясь с мыслью о гибели. Трясина душила все сильнее, беспощадно и настойчиво всасывала в гнилую бездну. Пусти же! Пусти! A-а!.. Мука обезобразила лицо, глаза чумели, нечеловеческие усилия не помогали.

Словно издеваясь, на краю болота захохотал куропач. Темневшая рвань неба осаживалась к земле как тяжелый пресс. Откуда-то прилетела пичужка, прицепилась к одинокой камышинке и с подозрением рассматривала странно торчавшую из болота перепачканную голову. Потом пискнула и упорхнула — спать. Обессиленный Горюн теперь не сопротивлялся. Тяжесть топи давила грудь, выжимала кровь к затылку. К утру на этом месте останется в трясине лишь свежее окно.

Когда он сообразил, что ноги уперлись в твердое, то не решился поверить. Но твердое было. Было! Может, это отвалившееся от гати бревно, отяжелевшее и опустившееся, или... Не все ли равно! Главное, появился шанс. Смелея, Горюнпопробовал отталкиваться. Надежда возвращала силы. Напрягаясь, загребая руками, он по сантиметру начал продвигаться. Настойчиво добирался до настила, с трудом выбирал тело из болота. То и дело отдыхал и снова начинал бороться, теперь уже подтягиваясь на руках, обдирая ногти. Проклятая топь держала цепко. В конце концов выбрался. Крупно повезло на этот раз.

Автор Евгений Кузнецов


Охрана, охота, воспроизведение животных
При перепечати инфо с sk.kg гиперссылка на источник обязательна. Яндекс.Метрика