Охрана, воспроизведение и охота на птиц и животных нашей природы




Охрана, воспроизведение и охота на птиц и животных нашей природы

Под самой Москвой. На озере Киёво - 1

В начале мая я собирался в далекую поездку на Новую Землю. Институт психологии поручил мне изучить повадки гнездящихся птиц.

Перед самым отъездом ко мне в институт зашел один прия­тель — натуралист. Узнав о том, куда я намерен ехать, и о цели моей поездки, он сказал:

— Зачем вам в такую даль забираться? Поезжайте лучше в Лобню; там сколько угодно найдете птиц.

— А что такое Лобня? — спросил я.

— Это станция. От Москвы всего с полчаса езды на дачном поезде. Поезжайте туда — все сами увидите.

Больше рассказывать приятель ничего не захотел; так и ушел. А я остался очень заинтересованный тем, что же это за необыкновенное место под самой Москвой, где, будто на морских островах, гнездится множество птиц.

На другой день с первым дачным поездом я отправился на разведку. Минут через двадцать — двадцать пять поезд остановился у станции «Лобня».

Я вышел из вагона и огляделся. Налево были запасные пути с отцепленными товарными вагонами, направо, за станцией, виднелась старая березовая роща и прямо в ней — небольшой поселок.

Утро было ясное, весеннее. В вершинах деревьев слышался громкий крик грачей. Большинство берез было занято их гнез­дами. Черные птицы оживленно хлопотали над ремонтом своих нехитрых строении, другие важно разгуливали по дороге возле самой станции, разыскивая в конском навозе уцелевшие зерна овса.

Я не спеша пошел по дороге через поселок, осматриваясь по сторонам и с удовольствием слушая крики грачей — этот первый привет наступившей весны.

В палисадниках возле скворечен распевали песни скворцы. А в воздухе низко, едва не касаясь верхушек берез, то и дело пролетали чайки.

«Откуда же их здесь такое множество? — подумал я. — Ведь поблизости не видать ни реки, ни болота».

Но долго раздумывать было некогда. Мне хотелось поско­рее попасть в это диковинное подмосковное царство птиц, обе­щанное мне приятелем.

Следуя его указанию, я миновал поселок и сразу же за ним очутился на берегу небольшого озера. Собственно, то, что я увидел перед собой, озером даже было трудно назвать. Всю низину занимал открытый заболоченный остров, а кругом его опоясывала узким кольцом вода. Ширина водного протока от берега до острова была не больше ста, а местами даже пятиде­сяти — шестидесяти метров.

Взглянув на этот плоский, заболоченный остров, я сразу понял, почему у станции и над поселком летало так много чаек. Здесь, на островке, сплошь окруженном водой, они, очевидно, устроили свои гнезда.

Над островом виднелось огромное количество, летающих птиц. Одни из них садились в желтые, завядшие камыши, дру­гие, наоборот, взлетали из них и с криком носились в воздухе. Но вот что меня удивило: вся середина острова была сплошь белая — очевидно, там в камышах до сих пор еще лежал снег.

«Странно, — подумал я, — ведь даже в лесу он уже давно растаял».


Охрана, охота, воспроизведение животных
При перепечати инфо с sk.kg гиперссылка на источник обязательна. Яндекс.Метрика